top of page

Rezension "Pagliacci" aus Wladiwostok / Отзыв "Паяцы" из Владивостока / Review "Pagliacci"


(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



14 января 2021 года, "Паяцы", Приморская сцена Мариинского театра.


"Смейся паяц над разбитой любовью..."- эту музыкальную строчку, думаю, знают не только поклонники оперы. Она из тех, растиражированных цитат классических произведений, которые слышали все. Как танец маленьких лебедей Чайковского, записанный будто на подкорке. Сегодня вот, например, смотрела кусок Маши и медведя, и там звучала эта ария.

Но вот что странно, цитата известная, а сама опера Руджеро Леонкавалло не так часто идет на подмостках. Хотя имеет все данные для популярности - детективный сюжет, страсти про любовь и кровь, мелодичная, не длинная, наконец, смотрится на одном дыхании)Леонкавалло, говорят, написал свое самое известное произведение на основании воспоминания о случае, которому стал свидетелем в детстве - в его деревеньке на представлении бродячих артистов разыгралась трагедия - один из актеров из ревности убил свою жену прямо на сцене. Дело рассматривалось в суде, где председательствовал отец будущего композитора и случай настолько потряс мальчика, что он избрал его фабулой для своего произведения.

Опера поставлена впервые в 1892 году и действие происходит в итальянской деревне, странствующий театр приезжает на праздник Успения и собирается дать представление в стиле комедии масок на центральной площади перед собравшимися крестьянами. Арлекино, Коломбина, Паяц, у каждой маски знакомая роль.Постановка Марата Гацалова переносит действие в наши дни. И уже не толпа крестьян перед нами, а массовка на съемках фильма, бегают девочки с киношными хлопушками, шалят дети из массовки, устанавливают аппаратуру операторы, спиной к зрителям сидит Режисер-Тонио (Марат Мухаметзянов), продумывая сцену. В киновагончике ждет своего выхода героиня - Недда (Алина Михайлик). Она похожа на кинодиву, то ли Грета Гарбо, то ли Мэрилин Монро.

Первая же ария Тонио-режисера определяет основную идею оперы - актеры любят и ненавидят также как все люди на земле, они не властны над своими чувствами, когда в сердце бушует страсть. Если их слезы и страдания настоящие, их не скрыть на сцене. Мухамедзянов-Режисер с его потрясающим бархатным ярким голосом далек от классической версии горбуна Тонио, и честно говоря, сложно понять Недду, отвергающую его любовь) Однако, любовь - дитя свободы, а Недда любит Сильвио, и к счастью, взаимно) Самая, пожалуй, длинная ария в "Паяцах" у Недды. Алина Михайлик справляется с ней блестяще, её Недда знает о силе своей красоты и молодости и власти над мужчинами.

Она наслаждается каждым моментом жизни и полностью отдается чувствам не думая об опасностях. Её голос переливается под сводами зала, парит как птицы, для которых есть одна ценность - свобода! Сильвио - возлюбленный Недды (Вячеслав Васильев) - воплощение мужской харизмы, он любит свою Недду и уверен в том, что сделает её счастливой. Дуэт Недды и Сильвио поставлен по современному фривольно, но смотрится очень органично в съёмочных декорациях. Хочется отметить Арлекина (Илья Астафуров), роль такая маленькая, но его Арлекин как всегда так легок и ярок, что невольно приковывает внимание. Конечно, центральная трагедия оперы - страдания Канио (Алексей Костюк), старого мужа Недды, который понимает, что не удержит в клетке свою Коломбину, свою яркую птичку. И его ария " смейся, Паяц над разбитой любовью, смейся над горем своим" заставляет жалеть именно его, а не счастливых любовников, которые вполне довольны друг другом и не испытывают душевных мук, в отличии от Канио. Отвергнутый Режисёр-Тонио подливает масла в огонь страсти Канио, рассказывая ему о неверности Недды и разжигая костер до максимума.

(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



Развязка неминуема, все герои уже перешли рубикон, и когда во время представления комедиантов на площади Канио-Паяц слышит из уст Недды-Коломбины в адрес Беппо-Арлекина те же слова, что она говорила вчера под покровом ночи своему любовнику, подмостки становятся сценой его жизни и он убивает неверную жену. Сильвио, кинувшегося на крик любимой постигает та же кара. Комедиа ля финита! Тонио-Режисер объявляет финал. А публика-массовка так и не поняла, что произошло, трагедия троих закончилась, жизнь продолжается. Ощущение, что жизнь и сцена перетекают друг в друга усиливались тем, что занавес не опускался, как обычно, а люди со сцены просто расходились по своим делам, как и зрители из зала. Шоу должно продолжаться. Слушая в этот раз "Паяцы", я подумала, что на Приморской сцене Мариинки появилось много интересных, молодых голосов. Каждый раз открываю для себя кого-то нового.

В этот раз отметила для себя Алину Михайлик. Обратила на неё внимание еще в роли подруги Кармен, и вот новая, большая партия позволила насладится и сильным, глубоким голосом и удивительным артистизмом Алины. Заинтересовал Вячеслав Васильев, хочется посмотреть его в других ролях. Голоса Мухамедзянова, Астафурова и Костюка я уже ожидаемо смаковала. С нетерпеньем и предвкушением жду новых свиданий со знакомыми операми в новой интерпретации на нашей Приморской сцене.

Татьяна Павлова



Deutsch

14. Januar 2022, „Pagliacci“, Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters, Wladiwostok

(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



"Lachen Sie Clown! Auf Ihre zerbrochene Liebe ..." - diese musikalische Zeile ist, glaube ich, nicht nur Opernfans bekannt. Sie ist eines dieser replizierten Zitate aus klassischen Werken, die jeder schon einmal gehört hat, wie den Tanz von Tschaikowskys kleinen Schwänen. Heute habe ich zum Beispiel ein Stück „Mascha und der Bär“ gesehen, und da erklang diese Arie.

Aber hier ist das Merkwürdige, das Zitat ist bekannt, und die Oper selbst von Ruggiero Leoncavallo wird nicht oft auf der Bühne aufgeführt., obwohl sie alle Zutaten, um Popularität zu erreichen, hat - eine Detektivgeschichte, Leidenschaften über Liebe und Blut, melodische, nicht zu lange Linien, wie in einem Atemzug. Zur Entstehung der Oper sagt man, Leoncavallo, schrieb sein berühmtestes Werk auf der Grundlage der Erinnerung an einen Fall, den er in der Kindheit miterlebt hatte - in seinem Dorf brach bei der Aufführung umherziehender Künstler eine Tragödie aus - einer der Schauspieler tötete aus Eifersucht seine Frau direkt auf der Bühne. Der Fall wurde vor Gericht behandelt, wo der Vater des zukünftigen Komponisten den Vorsitz führte, und der Fall schockierte den Jungen so sehr, dass er ihn als Handlung für seine Arbeit auswählte.

Die Oper wurde 1892 zum ersten Mal aufgeführt, die Handlung spielt in einem italienischen Dorf, das Wandertheater kommt zum Fest Mariä Himmelfahrt und soll im Stil einer Maskenkomödie auf dem zentralen Platz vor den versammelten Bauern auftreten. Harlekin, Columbine, Pagliacci, jede Maske hat gehört zu einer vertrauten Rolle.

Die Inszenierung von Marat Gatsalov führt die Handlung in die Gegenwart. Und es steht nicht mehr eine Menge Bauern vor uns, sondern Statisten am Set eines Films, Mädchen rennen mit Knallbonbons herum, Kinder von Statisten sind ungezogen, Kameramänner installieren die Ausrüstung, Regisseur Tonio (Marat Mukhametzyanov) sitzt mit dem Rücken zum Publikum und denkt über die Szene nach. Die Heldin Nedda (Alina Mikhaylik) wartet im Filmtrailer auf ihren Abgang. Sie sieht aus wie ein Filmstar, entweder Greta Garbo oder Marilyn Monroe.

Канио — Алексей Смирнов / Canio — Alexey Smirnov

(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



Die allererste Arie des Regisseurs Tonio definiert die Hauptidee der Oper - Schauspieler lieben und hassen wie alle Menschen auf der Erde, sie haben keine Kontrolle über ihre Gefühle, wenn Leidenschaft in ihren Herzen tobt. Wenn ihre Tränen und ihr Leid echt sind, können sie auf der Bühne nicht verborgen bleiben. Mukhamedzyanov mit seiner erstaunlich samtig hellen Stimme ist weit entfernt von der klassischen Version des buckligen Tonio, und ehrlich gesagt, ist es schwer zu verstehen, dass Nedda seine Liebe ablehnt. Liebe ist jedoch ein Kind der Freiheit, und Nedda liebt Silvio, und zum Glück ist dies gegenseitig. Die längste Arie in „Pagliacci“ gehört wahrscheinlich Nedda. Alina Mikhailik kommt hervorragend mit ihr zurecht, ihre Nedda weiß um die Macht ihrer Schönheit und Jugend und ihrer Macht über Männer.

Silvio - Neddas Liebhaber (Vyacheslav Vasiliev) – ist die Verkörperung männlichen Charismas, er liebt seine Nedda und ist sich sicher, dass er sie glücklich machen wird. Das Duett von Nedda und Silvio ist modern frivol inszeniert, wirkt aber in der Drehkulisse sehr organisch. Ich möchte Harlekin (Ilya Astafurov) erwähnen, die Rolle ist so klein, aber sein Harlekin ist wie immer so leicht und hell, dass er unwillkürlich auffällt. Die zentrale Tragödie der Oper ist natürlich das Leiden von Canio (Aleksey Kostyuk), Neddas altem Ehemann, der versteht, dass er seine Blume, seinen hellen Vogel, nicht in einem Käfig halten kann. Und seine Arie „Lache, Clown! Auf Ihre zerbrochene Liebe! Lachen Sie über den Kummer, der Ihr Herz vergiftet!“ bringt ihm Leid, sie werden keine glücklich Liebenden, die vollkommen zufrieden miteinander sind und die im Gegensatz zu Canio keine seelischen Qualen erleben. Der abgelehnte Regisseur Tonio gießt zu Canios Leidenschaft Öl ins Feuer, indem er ihm von Neddas Untreue erzählt und damit die Eifersucht maximal anheizt. Die Auflösung ist unvermeidlich, alle Helden haben den Rubikon bereits überschritten, und als Nedda-Colombina während der Aufführung der Komiker auf dem Canio-Pagliacci-Platz von den Lippen von Nedda-Colombina zu Beppo-Harlekin dieselben Worte hört, die sie gestern im Schutz der Nacht zu ihrem Geliebten gesprochen hat, wird die Bühne zur Bühne seines Lebens und er tötet die untreue Ehefrau. Silvio, der zum Schrei seiner Geliebten eilt, erleidet die gleiche Strafe. Komödie la finita! Tonio, der Regisseur kündigt das Finale an. Und die Statisten haben nicht verstanden, was passiert ist, die Tragödie der drei endet, das Leben geht weiter. Als ich dieses Mal „Pagliacci“ hörte, empfand ich, dass viele interessante, junge Stimmen auf der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters zu hören sind. Jedes Mal, wenn ich jemanden neu entdecke.

Diesmal machte sich Alina Mikhailik bemerkbar. Ich machte bereits in einer anderen Rezension auf sie als Freundin von Carmen (Bizet) aufmerksam, und nun erlaubte mir eine neue große Produktion Alina Mikhailiks starke, tiefe Stimme und erstaunliche Stimmartistik zu genießen. Auch interessiere ich mich für die Leistung von Vyacheslav Vasiliev und möchte ihn in anderen Rollen erleben. Die Stimmen von Mukhamedzyanov, Astafurov und Kostyuk waren wie immer wundervoll. Mit Ungeduld und Vorfreude erwarte ich neue Opernproduktionen in neuen Interpretationen auf unserer Primorsky-Bühne.

Tatjana Pavlova



English

January 14, 2022, “Pagliacci”, Primorsky Stage of the Mariinsky Theatre, Vladivostok

Kанио — Алексей Костюк / Kanio — Alexej Kostjuk

(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



"Laugh clown! To your broken love..." - I think this musical line is not only known to opera fans. It's one of those replicated quotes from classic works that everyone has heard before, like the dance of Tchaikovsky's little swans. For example, today I saw a play “Masha and the Bear” and this aria came out.

But here's the curious thing, the quote is well known, and the opera itself by Ruggiero Leoncavallo is not often performed on stage, although it has all the ingredients to achieve popularity - a detective story, passions about love and blood, melodic, not too long lines, like in one breath. As for the genesis of the opera, Leoncavallo is said to have written his most famous work based on the memory of a case he witnessed as a child - tragedy broke out in his village during a performance of itinerant artists - one of the actors, out of jealousy, killed his woman right on the stage. The case was dealt with in court, where the father of the future composer presided, and the case shocked the boy so much that he chose it as the plot for his work.

The opera was performed for the first time in 1892, the action takes place in an Italian village, the traveling theater comes to the feast of the Assumption of the Virgin Mary and is supposed to perform in the style of a masked comedy on the central square in front of the assembled farmers. Harlequin, Columbine, Pagliacci, each mask has a familiar role to play.

The staging by Marat Gatsalov brings the plot into the present. And there is no longer a bunch of peasants in front of us, but extras on the set of a film, girls run around with crackers, children of extras are naughty, cameramen install the equipment, director Tonio (Marat Mukhametzyanov) sits with his back to the audience and thinks about it the scene after. The heroine Nedda (Alina Mikhaylik) is waiting for her departure in the film trailer. She looks like a movie star, either Greta Garbo or Marilyn Monroe.

Director Tonio's very first aria defines the main idea of ​​the opera - actors love and hate like all people on earth, they have no control over their feelings when passion rages in their hearts. If their tears and sorrow are real, they cannot be hidden on stage. Mukhamedzyanov, with his amazingly velvety light voice, is a far cry from the classic version of the hunchbacked Tonio, and frankly, it's hard to understand Nedda's rejection of his love. However, love is a child of freedom, and Nedda loves Silvio, and fortunately this is mutual. The longest aria in "Pagliacci" probably belongs to Nedda. Alina Mikhailik gets along with her very well, her Nedda knows about the power of her beauty and youth and her power over men.

Недда — Алина Михайлик, Беппо — Илья Астафуров / Nedda - Alina Mikhailik, Beppo - Ilya Astafurov

(Фото предоставлены Приморской сценой Мариинского театра. Автор фото — Наталья Макагонова / Fotos mit freundlicher Genehmigung der Primorsky-Bühne des Mariinsky-Theaters. Foto von Natalya Makagonova / Photos courtesy of the Mariinsky Theater's Primorsky Stage. Photo by Natalya Makagonova)



Silvio - Nedda's lover (Vyacheslav Vasiliev) - is the embodiment of male charisma, he loves his Nedda and is sure that he will make her happy. The duet of Nedda and Silvio is staged in a modern, frivolous way, but appears very organic in the setting of the shoot. I want to mention Harlequin (Ilya Astafurov), the role is so small, but his Harlequin, as always, is so light and bright that he involuntarily catches the eye. The central tragedy of the opera is, of course, the suffering of Canio (Aleksey Kostyuk), Nedda's old husband, who understands that he cannot keep his flower, his bright bird, in a cage. And his aria “Lache, Clown! To your broken love! Laugh at the sorrow that poisons your heart!” brings him sorrow, they do not become happy lovers who are perfectly content with each other and who, unlike Canio, do not experience mental anguish. The rejected director Tonio adds fuel to Canio's passion by telling him about Nedda's infidelity and thus fueling the jealousy to the maximum. The dissolution is inevitable, all the heroes have already crossed the Rubicon, and when Nedda-Colombina, during the performance of comedians in Canio Pagliacci Square, hears from Nedda-Colombina's lips to Beppo-Harlequin the same words that she heard yesterday in shelter speaking to her lover that night, the stage becomes the stage of his life and he kills the unfaithful wife. Silvio, rushing to his beloved's cry, suffers the same punishment. Comedy la finita! Tonio, the director announces the finale. And the extras did not understand what happened, the tragedy of the three ends, life goes on. Listening to "Pagliacci" this time, I felt that there are many interesting young voices on the Mariinsky Theater's Primorsky stage. Every time I meet someone new.

This time Alina Mikhailik made herself felt. I already mentioned her as a friend of Carmen (Bizet) in another review, and now a new big production allowed me to enjoy Alina Mikhailik's strong, deep voice and amazing vocal artistry. I am also interested in the performance of Vyacheslav Vasiliev and would like to see him in other roles. The voices of Mukhamedzyanov, Astafurov and Kostyuk were wonderful as always. With impatience and anticipation I await new opera productions in new interpretations on our Primorsky stage.

Tatjana Pavlova



Commenti


bottom of page